Интервью
- 1 августа 2014
- просмотров 5714
Мир энциклопедий. Из интервью основателя проекта «
Луркоморье»
Дмитрия Хомака «Звёздным мобильникам» (Hi-Tech@Mail.Ru).
— Привет, дядька Луркомор! Как поживает Луркоморье, чем нынче дышат луркоморцы?
— В основном — воздухом. Разных стран и континентов, но в основном все-таки привычной азотно-кислородной смесью. Мы не ксенофобы, просто так вышло.
— Расскажи для несведущих, с чего все началось?
— Началось все с того, что мы попытались добавить в Википедию (Wikipedia) статей о современной культуре — о субкультурах, сложившихся вокруг видеоигр, аниме, программирования, всяких таких штук. Нас невежливо попросили не писать больше про такое. По возможности никогда. Мы обиделись и сообщили, что создадим свою энциклопедию, с блэкджеком и шлюхами и всем остальным, что положено. И обиделись достаточно сильно, чтобы действительно сделать свою энциклопедию.
— Поговорим про команду. Кто такие, чем знамениты?
— У Луркоморья нет команды в привычном понимании этого слова. Все делается читателями, добровольно, бесплатно и без обязательств. Большую часть людей, занимающихся проектом, я даже лично не знаю. Вернее, даже не знаю их имен. Те ребята, которых я знаю, — они хорошие специалисты в своей области, ходят на работу, занимаются какими-то своими проектами и не очень хотят славы. Идея сделать раздел «Команда» на сайте позорно провалилась в первые 15 минут обсуждения.
— Видимо, все кинулись троллить друг друга. Про себя больше ничего не расскажешь? У тебя же за душой был, помнится, bash.org.ru, сейчас переименованный в bash.im.
— Не, ну как. С 1999 года я писал про видеоигры, с 2003 — еще и про кино и книжки всякие. Википедии тогда не было, материалы приходилось добывать самостоятельно. И вот году к 2006 накопилось — у меня, у друзей — какое-то дикое количество информации, которую мы добыли, но которая осела в подшивках древних статей. А в Википедию не пускают. Ну и примерно в том же 2006-м я познакомился с ребятами, делавшими bash.org.ru, — а им дико не хватало редактора, умеющего работать с большими объемами текста. Ну, я тот редактор. И заодно я пронаблюдал, как прямо на глазах, буквально под пальцами, рождаются и начинают блуждать по интернету медиавирусы. Вот реально — утром в цитате, вечером по всему интернету. Хотелось это классифицировать. Получился Лурк.
— Сколько времени съедает руководство проектом?
— Руководство проектом отнимает практически нисколько времени. Потому что чем меньше в подобном проекте ценных идей у руководителя — тем лучше. Наше дело — обеспечивать бесперебойную работу сервиса: разбираться с хостингом, с почтой, с такими какими-то делами. На этой неделе вот больше всего времени ушло на это интервью;)
— Часто приходится вмешиваться и снимать материалы по требованию обиженных граждан?
— До настоящего момента никогда. Один раз сняли материалы после долгих судебных разбирательств. Как правило, звонят и угрожают совершенно специфические граждане — а именно представители каких-то мутных фирм, деятельность которых разбирается на Лурке. Но это они на испуг пытаются брать: всякие магические/медицинские шарлатаны и торговцы мутными биодобавками. Неубедительно.
— У некоторых все же дела идут дальше слов, были судебные процессы в связи с материалами на Лурке. Как сейчас с этим дела обстоят? Все успокоились, больше не пытаются засадить тебя за огорчающие их тексты?
— Это зависит. Гражданский иск был ровно один. Остальное — постоянно существующие в современной России проблемы с невнятно работающими судами. Кому-то где-то в далекой республике что-то показалось, этот кто-то обиделся, суд не глядя вынес приговор — и вот уже на всей территории Российской Федерации вы экстремисты, занесены в список и вообще.
— Раз уж времени Луркоморье занимает немного, может, ты для нового проекта созрел?
— Я-то созрел, но мир не готов! В смысле, есть идея для проекта, осталось только понять, как именно его сделать и выдать пользователю. Проект о том, как всякая фигня вокруг нас на самом деле устроена. Научно-популярный, но с нежным подходом Луркоморья.
— На фоне смерти «Компьюленты», «Мембраны» и прочего научпопа? Уверен, что формат востребован?
— Контент востребован всегда. Формат требует некоторой корректировки. Злее, наглее, веселее надо. Дешевле и проще, в конце концов.
— На Лурке контент очень непростой, нетривиальный, похлеще «экспериментального юмора» в «Камеди Клаб». Как решаете, какую порцию креатива сабмитить в статью, а что — не сабмитить?
— Люди сами решают. Сложился какой-то способ изложения, какие-то приемы, которые заставляют думать, что над статьями работает целый редакторский отдел, который что-то решает, подгоняет стиль... Нет, редакторы есть. Но они анонимны, их много и нет никакого централизованного руководства.
— Назовешь свою самую любимую статью на Лурке?
— Мой любимый цикл статей — это статьи про науку. Их достаточно много, они совершенно серьезны, хотя и написаны узнаваемым стилем.
— А самую первую, которую написал?
— Самую первую не помню, наверняка какой-то цикл статей про видеоигры. Я про них все-таки с 1999 года писал во всякие журналы.
— У вас сейчас суточная аудитория около 230 тысяч посетителей, 1,3 млн просмотров. Я с ходу не назову другой ресурс с пользовательским контентом, который бы себя так хорошо чувствовал. Как думаешь, почему у вас получается расти? Людям нравится провокативный контент?
— Я назову такой ресурс, это Википедия, конечно. А контент... ну вот серьезно, в нише любопытной фигни, про которую весело читать и можно какие-то свои пару строчек добавить, — конкурентов нет. Мы в какой-то степени — Википедия без пафоса, без вот этих вот сложных щщей. Причем сейчас в Википедию про всякие там субкультурные штуки пишут, но мы-то в этой нише сидим давно и плотно. Все-таки для того, чтобы всю ночь напролет читать Википедию, нужно обладать определенным складом ума. А у Лурка порог вхождения ниже. Вроде и смешно, а вроде и по делу. Ну и не без сомнительного контента, конечно. Причем мы с самого начала пытались в статьях подавать две и более точки зрения на предмет, если такие есть, и описывать, почему люди спорят из-за этого.
— Давно уже ведутся разговоры о том, что медиа (хоть традиционные, хоть вебдванольные) дружно загибаются, т. к. рекламный рынок сжимается по 10% в год, рекламодатель стал жаден, право рекламировать алкоголь у сайтов отобрали. Как справляетесь?
— А мы практически ничего не зарабатываем. И при этом ничего практически не тратим. А рынок ужимается, это да. Но без нас.
— Это самая печальная часть истории. А какие варианты зарабатывания пробовали? Наверняка ваш трафик хорошо конвертируется в entertainment, в игры. Может, рекламодатели не готовы? Объединения вроде «Комитета» вам никак не помогут?
— Ну как. Надо разбираться; я все-таки больше редактор, чем специалист по рекламе. То есть мы как раз вот сели и начинаем разбираться. Потому что обычные партнерки — это мрачно и печально, а Гугль и Яндекс нас не любят, недостаточно семейный контент.
— Что думаешь о судьбе СМИ? Какие варианты выхода из медиакризиса (читай — безденежья и невозможности держать штат толковых писак) видишь? Многие интернет-СМИ пытаются перейти на подписочную модель, но нам кажется, что в России это не сработает, люди привыкли к бесплатному, а еще привыкли делиться. Один купит что-нибудь и тут же бежит выкладывать на торренты, чтоб друзей порадовать.
— Это, конечно, больная тема. Я начинал еще в бумажной прессе, в прошлом веке, натурально (ну и что, что 1999 год!), и видел, как и на Западе, и у нас схлопываются бумажные издания, а дальше начинают нервничать и веб-сайты. Модель с подпиской пока плохо работает; причем на Западе (а он вообще-то большой и разный) люди умеют считать деньги и зачастую предпочитают тоже получать бесплатно, тем или иным способом. Вообще, на тему СМИ, новых СМИ, проблем развития СМИ и прочего можно говорить несколько часов, и не все эти часы будут выглядеть как плач по ушедшей эпохе. Пока мы все в процессе трансформации, тут трясет, болтает и ни фига не видно. Да, нужно будет меньше авторов и меньше редакторов. Да, часть проблем по подбору и выдаче контента будет управляться автоматически, алгоритмами с легким ручным вмешательством.
— Случилось вот что: способы доставки контента конечному пользователю еще раз сильно упростились. Так бывает при каждом большом прорыве: когда изобрели письменность, когда изобрели печатный пресс, когда изобрели ротационные машины, когда стали применять компьютерную верстку...
— Так вот, мы почти научились пользоваться интернетом, чтобы не создавать копию газеты в интернете, а делать что-то новое. Но как именно это все будет выглядеть в финале — пока неясно.
— Сыграем в журналистику 3.0? Сам себе задай любой вопрос и сам же на него ответь.
— Считаете ли вы, что создаваемый пользователями контент заменит традиционную журналистику? (См. вопросы про кризис журналистики выше.)
Правильный ответ: нет, конечно. Просто пользователи, которым действительно нравится писать, редактировать и делать какие-то другие такие вещи, станут заниматься этим вполне профессионально. Не факт, что за деньги. Не факт, что за большие деньги. Но будут. Интересно же! Мне вот до сих пор интересно.
— Отлично получается. Кажется, у медиа еще есть шансы!
— Мы давно знакомы, но все равно расскажи нам, как так вышло, что 30 лет ты был Димой, а потом вдруг хоп — и вместо Димы из Фейсбука на меня смотрит Давид.
— А я и остался Димой. Но в Израиле, куда я уехал примерно на год, получил удостоверение личности на имя Давид. Как-то, не знаю, к тамошнему климату лучше подходит. Ну и вообще как-то вышел на международный рынок, сменил немножко имя бренда для упрощения коммуникации. В мире имя Давид примерно так же часто встречается, как в России — Дима, так что, примерно, шило на мыло.
— Зачем ездил?
Посмотреть, как оно вообще в мире. Такое надо делать, конечно, лет в 20, ну или в крайнем случае в 25 — но и так неплохо вышло. Пожить в совершенно другой стране. До того я проторчал полгода в Таиланде, но там совсем ловить нечего, кроме климата.
— Можешь поделиться, чем, на твой взгляд, отличается жизнь в Израиле от жизни в России? Может, там у людей совсем другие приоритеты и устремления?
— Приоритеты и устремления у людей везде примерно одни и те же. Другой вопрос, что в Израиле население заметно более расслабленное, даже в период военных действий. И в целом гораздо старше. Мои 33 года — это примерно как 23—25 в России: институт заканчивают позже, курьерами и официантами работают дольше, женятся и детей заводят позже, работать прекращают после 80 (и то не все). Многие рабочие места заняты людьми 45—60 лет, так что...
— В Израиле читают Луркоморье? Или там есть свой вариант на иврите?
— Русскоязычные граждане (а их там до 20% населения) — читают. Своего варианта нет, потому что населения немного, народу на наполнение и поддержание такой энциклопедии не хватит. Русскоязычные вполне пользуются Лурком, говорящие по-английски (а это явно больше половины населения, включая русскоязычных) — источниками на английском. Все довольны.
<...>
— Когда появится приложение для Лурка? Чтоб мы могли луркать с телефона.
Да вообще-то и так луркают. Но сделать стоит, наверное. Я подумаю!
<...>
Фотогалерея
Упомянутые персоны, псевдонимы и персонажи